landeshe

Category:

“Сухой закон” в Бессарабии периода Временного правительства

«Сухой закон» в Бессарабии периода Временного правительства
В начале ХХ в. антиалкогольные меры и борьба с пьянством стали достаточно распространённым явлением в странах Европы. Правительственные постановления, а также представители духовенства и общественных организаций призывали население к трезвому образу жизни и к полному или частичному отказу от алкоголя. Создавались «общества трезвости», а на большие праздники проводились антиалкогольные акции.
Такая тенденция в большой степени затронула Россию. Первыми шагами по внедрению «сухого закона» было закрытие питейных заведений во время призыва новобранцев в вооружённые силы, военных манёвров, крестных ходов, значительных общегосударственных праздников, мобилизаций периода русско-японской войны (1904-1905 гг.). Возможность таких действий была предусмотрена циркулярами Главного управления неокладных сборов и казённой продажи питей от 8 июля 1898 г., а также приказами министра внутренних дел от 6 августа 1903 г. Позже, с началом Первой мировой войны, антиалкогольные меры становились все более жёсткими и всеобъемлющими. Особенно строго за их соблюдением следили на прифронтовых территориях, среди которых была и Бессарабская губерния.
После Февральской революции в России произошло много изменений в законодательстве, были попытки ликвидировать «антиалкогольное» законодательство, чтобы за счёт акцизов пополнить государственный и местные бюджеты. На сегодняшний день тема введения «запретного» законодательства в отношении определённой категории товаров и продукции в Украине достаточно актуальна. Целью данной статьи является анализ того, как на местном уровне в Бессарабии сто лет назад придерживались запретов по отношению к алкогольным изделиям. Для воспроизведения более полной и достоверной картины событий 1917 г. автором был привлечён обширный архивный материал.
Уже весной 1915 г. «сухой закон» в Бессарабской губернии стал всеобъемлющим, хотя, конечно, полностью победить подпольную алкогольную торговлю не удалось. На волне событий, происходивших в России после Февральской революции, «антиалкогольные» постановления в Бессарабии начали нарушаться. Например, в марте 1917 г. в Аккермане была замечена торговля вином. По данным генерал-губернатора в этот же период «в поселках бабы носят под платьем металлические грелки, наполненные спиртом, которым тайно торгуют».
Чтобы восстановить порядок, 31 марта 1917 г. Бессарабский губернский комиссар Константин Мими запретил в пределах губернии любую продажу вина, как розничную, так и оптовую из погребов и винных лавок, владельцами садов, а также в клубах, больницах, гостиницах и ресторанах. На местную власть и милицию, заменившую царских жандармов, возлагалась обязанность следить за тем, чтобы торговле вином не было места даже во время праздников. Однако полного контроля над ситуацией у власти уже не было.
В конце лета 1917 г. участились случаи появления людей в пьяном виде на улицах. Ответом на это явление стало усиление «антиалкогольных мер». Отныне «за появление в общественном месте в состоянии явного алкогольного опьянения виноватые подлежали денежному взысканию до 300 руб. или заключению на срок от 2-х месяцев до 1 года и 6 месяцев или аресту на срок более 3-х лет». В дополнение к постановлению от 31 марта 1917 г., губернский комиссар 13 сентября того же года издал ещё одно. Для предупреждения и пресечения любых попыток нарушить порядок и спокойствие на почве продажи алкоголя и пьянства запрещалась любая продажа вина в пределах Кишинёва и губернии. В случае выявления нарушений виновник подвергался наказанию, а вино уничтожалось на месте.
Новая революционная власть на местах также осуществляла определённые шаги для борьбы с торговлей спиртным. Например, 25 августа 1917 г. Комитет совета рабочих и солдатских депутатов г. Болграда поднял вопрос о запрете изготовления вина. Начальник штаба 6-й армии Л. Радус-Зенкович приказал создать для этого специальную комиссию под председательством начальника этапно-хозяйственного отдела штаба армии с участием 2-3 местных жителей.
23 сентября 1917 г. в Болграде прошло совместное заседание исполкома общественных организаций и городского коммунального совета, на котором было принято решение: «Всё имеющееся в городе вино принять на учёт, для чего создать специальные комиссии. Последние должны были обследовать все винные склады виноделов в городе». В начале октября 1917 г. такая комиссия под руководством полковника Б. Станкевича была создана при интендантской части 6-й армии. В неё, кроме военных, вошли представители города.
Однако такие умеренные шаги не приводили к необходимым изменениям. Как результат, 29 октября 1917 г. в Болграде неизвестные разгромили винный склад, начались беспорядки. В тот же день местные власти прибегли к более серьезным шагам. Был издан приказ следующего содержания: «В целях установления в городе порядка и предотвращения в будущем эксцессов, способных нарушить нормальную жизнь города, Болградский комитет общественной безопасности заявляет, что виновные в хранении запасов водки и её продаже, а также уличённые в подстрекательстве к погромам, будут подвергаться суду, а местные жители, кроме того, будут высылаться из района расположения войск».
В соседнем Измаиле обстановка была значительно спокойнее. Поэтому здесь местные власти наоборот пытались легализовать торговлю спиртным. В то время в городе существовали два клуба - казино и общественное собрание. Их посещали военнослужащие из частей войск, расположенных в окрестностях. Для них это были единственные места отдыха и проведения досуга после возвращения с позиций.
Пользуясь приказом по 6-й армии от 13 октября 1917 г., который позволял отпускать вино по 1/8 бутылки на человека в день, самоуправление Измаила обратилось к Бессарабскому губернскому комиссару с просьбой о разрешении продажи вина в клубах «исключительно подавая его к столу с пищей». Этим, по мнению местной администрации, решались две задачи: как можно быстрее, совместно с войсками уничтожались все запасы вина в районе города, а местный бюджет субсидировался членами клубов. Однако 9 ноября того же года губернский комиссар сообщил в Измаил о невозможности удовлетворить подобное ходатайство.
На основании анализа архивных документов можно сделать вывод, что в период правления Временного правительства «антиалкогольное законодательство», принятое ещё при царской власти, местная администрация в Бессарабии всеми силами пыталась поддерживать. Однако на волне общегосударственного расстройства и массовых беспорядков это оказалось очень сложной задачей. Уровень общественного порядка в регионе был неоднородным. В тех населенных пунктах, где ситуация была спокойной, муниципальные органы даже пытались легализовать торговлю спиртным для пополнения местного бюджета. Такие попытки наталкивались на принципиальную позицию губернской власти, что тем самым обеспечивало поддержание общественного порядка в данном прифронтовом регионе. Следует отметить, что анализ «сухого закона» в Бессарабской губернии в период правления Временного правительства требует дальнейшего исследования с привлечением новых архивных источников.

Иван Татаринов, кандидат исторических наук, преподаватель ИГГУ

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded